Балтиморский мудрец

zenno 20 Фев 2018

Интернет-журнала CigarTime продолжает публиковать главы новой книги  писателя, исследователя табака, сопредседателя Оргкомитета Фестивалей СарептаАндрея Малинина «Эмбарго на удовольствие».

 

Балтиморский мудрец

 

Генри Луис Менкен (Henry Louis Mencken; 1880-1956) - американский журналист, эссеист, сатирик. Окончил политехнический институт в Балтиморе, занимался журналистикой. Литературная деятельность Г. Л. Менкена главным образом приходится на первое двадцатилетие ХХ века, его основные работы - «Джордж Бернард Шоу. Пьесы» (1905); «Книга предисловий» (1917); «Предрассудки» (1919-1927); «Заметки о демократии» (1926). 

Он проявил себя и как блестящий журналист, создав журнал «Америкен Меркьюри», в котором писал статьи и по литературным проблемам, и на общественно-политические темы. Менкен известен как автор книги «Американский язык», многотомное исследование того, как на английском языке говорят в Соединенных Штатах, а также за его сатирические статьи на дело «Штат Теннесси против Джона Томаса Скоупса», которое он назвал «обезьяний процесс». Известный как «Балтиморский мудрец», а также как «Антихрист Балтиморы», он считается одним из самых влиятельных американских писателей и прозы стилистов первой половины ХХ века. Многие из его книг продолжают издаваться.

Являясь сторонником научного прогресса, он очень скептически относился к экономическим теориям и особенно критически был настроен к анти-интеллектуализму, фанатизму, популизму, фундаменталистскому христианству, креационизму. Менкен, выступив с острой критикой действий правительства, оказал сильное влияние на американское либертарианское движение. В дополнение к его литературным достижениям, Менкен был известен своими спорными идеями. Откровенный поклонник немецкого философа Ницше, он не был сторонником представительной демократии.

 

 

Все, что  выше – это Википедия, а теперь самое главное:

Менкен начал курить сигары в 16 лет по предложению своего отца, который считал, что мальчику предстоит провести остаток своей жизни в табачном бизнесе. Раз так, то он должен был знать все о них.  И мальчик старался…

Со временем Менкен уже мог крутить собственные сигары из лучших гаванских табаков, имевшихся на  отцовской фабрике. Что касается личных предпочтений, то по мнению Менкена, самыми лучшими из всех пяти-центовых сигар того времени, были «Uncle Willies», производившиеся на балтиморской фабрике Schafer-Pfaf Co. В карманах пальто Менкена всегда можно было найти несколько таких сигар, готовых к употреблению.

Все остальное Менкен называл «мусором».

Раз в месяц, Луис Менкен заказывал с доставкой на дом  300 сигар без бантов в связках по  50 штук.  Хотя Менкена трудно встретить на фотографиях без сигары в руке,  курил он меньше, чем принято считать. «В большинстве случаев он жевал их», - вспоминает его брат.

Дело в том, что Менкена мучали приступы сенной лихорадки, которые периодически заставляли его впадать в депрессию. Особенно тяжелым для него был сентябрь, когда он практически не мог курить. Однако, когда врачи заставили Менкена  отказаться от курения, это сразу отразилось на его творческой деятельности. «Совершенно невозможно, что-либо писать, сидя на жевательной резинке», - решил он для себя и вернулся обратно к сигарам… и к интеллектуальному труду, что сделало его, по утверждению «Нью-Йорк Таймс», «самым могущественным человеком в Америке».

Когда Менкен только начинал свою карьеру в качестве обозревателя, группа  женщин выступила в Балтиморе с требованием запретить курение сигар в трамваях. Луис Менкен, который сам не раз оказывался в компании курильщиков, облюбовавших заднюю часть популярного транспортного средства, так отреагировал на их выпад: «Женщины, в целом, совсем не так утончены, как пишут в романах. Женщина, способная провести полчаса на рыбном рынке Лексингтона, в состоянии выдержать и несколько клубов табачного дыма». В этом вопросе он был принципиален. Когда одну из суфражисток, курившую в поезде, арестовали, Луис Менкен незамедлительно выступил в ее защиту.

Вообще Менкен нравился женщинам. Несмотря на то, что не всем из них приветствовали его увлечение сигарами, по результатам национального опроса общественного мнения Менкен признавался «самым привлекательным мужчиной в Соединенных Штатах». Да и самому Луису, хотя он и был  сторонником холостяцкой жизни, нравилось  женское общество. Примечательны следующие его изречения на этот счет:

- Бакалавры знают больше о женщинах, чем женатые мужчины; если бы это было не так, они бы женились тоже.

- Человек может быть дураком  и не знать об этом, но только  если он не женат.

- Если я когда-нибудь женюсь, это будет внезапное решение, как решение покончить с собой.

- Жена - та, которая раскаивается в содеянном, однако непременно сделает это снова.

- Женоненавистник - это мужчина, который ненавидит женщин не меньше, чем женщины ненавидят друг друга.

- Женщина до брака - провокатор; после брака - жандарм.

- Женщинам не нравятся робкие мужчины. Кошкам не нравятся осторожные мыши.

 

 

Но в свои 50 лет Менкен  все-таки не устоял перед  женскими чарами. Его сердцем овладела писательница Сара Пауэлл Хаардт, бывшая на 18 лет его моложе. Их свадьба состоялась  в 1930 году. «Могучий Менкен пал!» - такого рода заголовками это событие было встречено  газетчиками. То, как Сара относилась к облакам едкого сигарного дыма, переполнявшим ее элегантные апартаменты, осталось неизвестно. Однако, сохранилась запись в ее дневнике: «Генри: Окт. 12.  - говорил о производстве сигар. Вывихнул руку, показывая, как крутят сигары». После этого, как-то сложно представить себе Сару выгоняющей мужа курить на улицу.

Удивительно, но факт: Менкен, несмотря на любовь к сигарам, ни разу не упомянул в своих мемуарах о том, что в течение трех с половиной лет он проработал на сигарной фабрике своего отца. Между тем, это существенная часть истории семейного клана. Производством сигар до Луиса занималось два поколения Менкенов. Его отец Август обучался этому мастерству еще старыми,  в буквальном смысле дедовскими способами.  

В 1875 году, когда Августу был всего 21 год, а его брату Гарри только 18, они рискнули создать свою собственную компанию August Mencken & BroТогда их суммарный денежный капитал не превышал и 35 долларов!  Гарри занялся продажами, а Август взял на себя управление фабрикой и офисом. Успех им сопутствовал  с самого начала. 

Юг страны еще только приходил в себя после гражданской войны, своих собственных сигарных фабрик здесь практически не было, мало было и  табачных оптовиков. Этим обстоятельством не замедлил воспользоваться Балтимор, который существенно обогатился, снабжая южные районы сигарами. Эту монополию он держал в течение многих лет.

Август проявил себя как весьма успешный предприниматель. Ему легко удавалось устанавливать полезные связи. Одной из наиболее удачных сделок, совершенных им, было заключение  контракта на поставку сигар для  вагонов-ресторанов железной дороги Балтимор – Огайо. В конце 1880-х годов, Август и его брат, страстно  любившие бейсбол, посвятили одну из своих сигар  знаменитому «питчеру»  Мэтту Килрою (Matt Kilroy) из «Балтимор Ориолс», а для ее продвижения наняли  не менее известного бейсболиста Сэма Тротта (Sam Trott).

Август Менкен был  квалифицированным покупателем табака и грамотным  управленцем. Куря сигару, он легко определял, из каких табаков она была скручена. Он лично закупал табачное сырье для своей фабрики прямо с плантаций в  Висконсине, Огайо, Пенсильвании, Флориде и на Кубе. Большинство торседоров, работавших на его фабрике, имели немецкое происхождение. При этом он принципиально не нанимал на работу женщин и не разрешал использовать на фабрике машины, которые начиная с середины 1880-х годов все чаще стали применяться при производстве сигар. Кроме того, Август был азартным переговорщиком.  

Например, его изнурительная борьба с поставщиками суматранского покровного листа длилась продолжительное время, и он все-таки добился желаемого результата. Да, Август был крепким орешком, но зато он всегда платил наличными. Свою собственную команду продавцов он инструктировал таким образом, чтобы те  получали как можно больше информации о своих клиентах, и если они не были уверены в финансовой состоятельности покупателя, отказывали ему в заказе.

К середине 1880-х, капитал компании August Mencken & Bro. оценивался уже в более чем сто тысяч долларов. Из производившихся фабрикой сигар наибольшей популярностью  пользовались  La Cubana, Havana Rose, El Cabinet,  Daisy и  La Mencken Paneta. В производстве сигар использовались как местные табаки, так и кубинские. В качестве покрова в основном использовались суматранские табаки.

Август стал обучать своего сына Луиса сигарному бизнесу с самого раннего возраста. Он нанял ему репетитора по  математике и по испанскому языку – очень важному инструменту для человека, специализирующегося в табачной сфере. То, какое значение этому аспекту придавал отец, ярко иллюстрирует следующий факт. Преподаватель испанского языка был немцем, и когда друзья Августа сказали ему, что его сын приобретает навыки испанского языка с немецким акцентом, то незадачливый учитель был незамедлительно уволен.

 

 

В 1896 году, за три месяца до своего шестнадцати-летия Генри Луис Менкен окончил Балтиморский политехникум с наивысшими за всю историю этого учебного заведения оценками. Однако все его намеки на желание продолжить обучение в колледже не получили поддержки в семье. Его планы стать журналистом никого не интересовали. Решение уже было принято: он будет работать на семейной сигарной фабрике, чтобы продолжить дело, начатое его отцом.

Поначалу табачный бизнес не вызывал у молодого Менкена отторжения. Он даже нашел в нем некую романтику: пьянящий запах, большие экзотические листья из   таинственных земель… Своя магия была и в создании наилучших сочетаний табачных листьев. Сначала Луис  выполнял отдельные поручения и помогал наводить порядок на фабрике, но вскоре его уже стали привлекать к работе и в качестве торседора.

Опираясь на свою любовь к химии, он старался придумать способ, который бы позволил придать дешевому пенсильванскому табаку путем вымачивания в  вине  аромат настоящей гаванской сигары. Кроме того он пытался разработать машину для автоматической упаковки сигар в контейнеры и даже пытался выращивать табак в саду дома. Правда, опыт этот не имел успеха: табак получился безвкусным.

Но когда Менкена перевели с фабрики в оффис, он сразу же почувствовал себя несчастным. Здесь он получил должность помощника бухгалтера. Но после того, как он сломал винт пресса, ему было приказано заняться продажей табака и сигар в продовольственные магазины. Для него этот опыт имел удручающие результаты. Если отдельные работники фирмы реализовывали сигар за четыре недели на сумму до 1000 долларов, то Луис Менкен за  его первые шесть месяцев работы в качестве продавца, сумел заработать всего лишь 171 доллар. «В конце концов, - писал он, - даже моему отцу стало очевидным,  что как коммивояжер я был безнадежен».

 

 

Луис был  направлен обратно в офис, все премудрости работы которого так и остались для него тайной. Некомпетентность мучила его. Это была не работа, а целая череда ошибок и неудач. Ситуацию усугубляли успехи школьного друга - Артура Хоукса (Arthur Hawks), репортера «The Baltimore Herald». В то время как жизнь товарища бурлила, Луис Менкен прозябал в скуке на фабрике менее чем в миле от своего дома.

Только в восемнадцать лет Луис Менкен смог вырваться за ворота сигарной фабрики своего отца. Однако вплоть до своей смерти в 1956 году в изданиях типа «Кто есть кто»  он неизменно писал о себе: «Журналист», и далее добавлял: «Сын производителя сигар Августа Менкена, владельца фабрики August Mencken & Bro».

 

 

 

Андрей Малинин
Специально для CIGARTIME 
©