В луче творчества Валерия Миронова

zenno 04 Сен 2016

14 сентября состоится первый вечер в Сигарном клубе «Exclusive Tonight: Cigar time @Luch» при участии Aficionado Club «Cigars&Whiskey» и Салона «Сигары и Виски». Специальный гость вечера – Валерий Миронов, художник с мировым именем и преданный поклонник сигары, приступивший к созданию ретроспективного цикла «Вожди давно курили».  

 

На вечере, который состоится в Ресторан&Бар «Луч», в течение премьеры завораживающей аудиовизуальной лекции «Создавая мыслеформы», мы коснёмся темы сакрально метафорического направления в творчестве, проиллюстрированной примерами лучших работ мастера.

С Валерием Мироновым сложно наговориться — беседы затягиваются на часы, и язык не поворачивается его остановить. Он полон знаний исторических, художественных и жизненных, и все это находит выход в его творчестве — оригинальном и неповторимом. За 25 лет работы он написал более тысячи картин, находящихся на многих международных выставках и в частных галереях.

 

 

Очень важная персона

«В искусстве есть разные стили и направления, но подражать чьему-то стилю и направлению не хочется. Хочется не следовать чьим-то путем, а оставить свой», — говорит Валерий Миронов и показывает свои картины, подробно рассказывая о каждой.

А стиль написания у него действительно уникальный: зловещие или смешные короли и королевы с птичьими носами, их слуги, рыцари, драконы, мужики в деревенских кабаках, дети и животные. Везде присутствуют ирония и какой-то смысл. И что интересно, каждая картина имеет свое особое название.

 

 

«Всяк горд от величия своего обличия», — произносит название одной из картин Валерий Миронов и поясняет: — Вот воин дракона убил, а его шкуру надел на себя. В глаза бросаются эта шкура, маска. Слово персона, как это не удивительно звучит, с древнегреческого обозначает маску древнегреческого театра. Скажем, персона Зевса. Человек надевал на себя персону и выходил на сцену. Зрители понимали, что это не Зевс, но он вышел в персоне Зевса. Не какой-то там переодетый актер, а человек в персоне Аполлона. И вот на этой картине изображен воин в персоне дракона. Поэтому, когда говорят «очень важная персона», имеется в виду очень важная маска, а не личностные качества какого-то человека. Пока он занимает эту персону, его уважают. Как только он лишается этой персоны, против него могут и уголовное дело завести».

 

 

Валерий Миронов говорит, что названия картин появляются «на уровне интуитивного восприятия, списываются откуда-то сверху», и раскрывает название каждой работы.

Вот работа «Пелена царствия воли плоти не дает», на которой руки у человека стянуты, будто в смирительной рубашке, и смысл в том, что чем больше власти, тем меньше свободы, потому что человек сам себе уже не принадлежит. Другая картина называется «Теплом чистосердия всяка мала гадин-ка взгрета». Женщина прижимает к себе толстую ящерку: зло — оно паразитирует, не ищет себе подобных, а находит добрых людей и пристает к ним.

Третья — «Не то зло, что сразим, а то, что вскормим». Рыцарь подкармливает дракона, потому что убить маленького легко и никакого подвига не будет. Но когда эта гадина вырастет, это уже будет выглядеть как подвиг.

Валерий Миронов поясняет, что названия картин, вписанные в работы, но трудно читаемые людьми непосвященными, — это особая деталь его полотен. Если картина висит в офисе или дома, ее название знают только сам владелец, его родственники и близкие друзья. И когда вы знакомитесь с якобы другом владельца этого полотна, можно его спросить: знает ли он, как называется эта картина? Если он скажет название, значит, он посвящен, он свой человек. Если нет, то это человек со стороны и никакой не друг. Получается, что названия работ — некий код доступа.

 

 

Попадание в точку

У Валерия Миронова есть картины, которые украшают офисы. Одна из них называется «Баранам обещали шашлыки», и висит в крупной вино-водочной компании.

«В старые времена все искусство было не утилитарным, не украшением. Создавалось не для того, чтобы оно висело над диваном и подходило к занавескам. Это уже обывательский взгляд зажравшегося общества. Искусство было культовым — живопись, скульптура, музыка, танец. Когда заходишь в средневековые залы музея, появляется некий трепет. Принципы культового требования искусства — впадение в духовный трепет. Видя эту гармонию звука, формы, смысла, человек понимал, что он сам является частью этой гармонии. А сегодня, когда оказываешься на выставке современного искусства, возникают совсем иные чувства, это все надо еще понять», — рассказывает Валерий Миронов.

 

 

Одну из первых картин в офис приобрела серьезная российская организация, связанная с вооружением, называется она «Всяк стар муж мудр, да не всяк стар муж к поучению гож». На сине-лиловом фоне изображен человек с тремя руками в стиле шумерского барельефного старца: одна рука держит саблю, другая — весы, а третья — лист, на котором и на- писано название картины. «Каждый набирается своей мудрости. Один всю жизнь сражался и убивал и может научить тебя этому, другой торговал и может передать свой жизненный опыт, а третий знает все о мудрости, — говорит о своей работе художник. — Близкие мне люди, которые приходят в тот офис и видят при входе эту картину, исполнены восторга. А тех, кто заходит случайно, картина пугает. Потому что они не знают, что на ней написано.

 

 

С точки зрения психологии, когда человек видит что-то непонятное, то чувство вины рождает в нём страх. Даже в древние времена, когда шаман хотел узнать, кто совершил убийство, он говорил, что попросит духов показать преступника, и давал всем поддержать пустую яичную скорлупу. Это был своего рода детектор лжи. И тот, кто был виноват, интуитивно ломал скорлупу».

А еще владелец этой картины рассказал автору почти мистическую историю. Один посетитель подошел очень близко к полотну, не поверил, что это не постер, слишком четко были выписаны все линии и завитки, и стал бес- церемонно тереть его рукой. Хозяин говорит: «Осторожно, она магическую силу имеет!». Посетитель испуганно отпрянул, переспросил: «Да?». Сел на стул — и он под ним сломался.

 

 

«Был такой случай в начале девяностых. Пригласили меня в одно здание крепкие ребята, явно не бухгалтеры, собиравшиеся открыть типа банк, и сказали: «Здесь будет офис. Мы видели твои картины и хотим, чтобы ты написал что-то подобное, со смыслом». Я говорю: «Здесь по композиции в кабинете руководителя можно три больших полотна разместить. Одну картину за спиной директора и два полотна напротив, по бокам от входной двери. Одна картина должна быть крупная, два на два, и две — продолговатые, полтора метра на два высотой». С одной стороны там стояла стенка с документами и сейфом, с другой — окно, перед руководителем — Т-образный стол. «А что на них можно написать?» — спрашивает он. «Можно все, что угодно. Весь вопрос в том, какую цель должно нести полотно?

Какое воздействие на входящего оказывать? Расслабляющее, отвлекающее, нейтральное, напрягающее». Заказчик говорит: «О, я хочу, чтобы я расслаблялся, а те, кто ко мне приходил, напрягались».

 

 

Как говорит художник, по характеру людей он увидел, что они, можно сказать, полувоенные ребята, и написал первую картину, которая должна была размещаться за спиной директора: семь питбультерьеров на голубоватом фоне смотрят на входящего. Причем с таким эффектом, что в какую сторону не отойди, они глядят точно на человека. Акцентом стали языки и зубы. А на картинах, которые видел только руководитель, Валерий Миронов нарисовал смешные лица баранов. И получалось, что к директору заходили люди, присаживались за Т-образный стол, и он видел не только их, но также этих баранов. Восторг длился несколько дней. Директор обзвонил всех своих знакомых и приглашал каждого посидеть вначале в кресле руководителя, а потом на месте подчиненных. «Это что называется попадание в точку», — поясняет художник.

 

 

«А бывает попадание в точку, но в болезненную точку, — вспоминает Валерий Миронов другой заказ. — Как-то знакомая архитектор говорит: «Есть одна компания в центре, мы сейчас строим им новый офис из мрамора и золота, вот туда, в комнату переговоров, подошли бы два твоих больших полотна. Там замковый стиль, большие столы с высокими спинками». Я говорю: «Может, заказчики посмотрят мои картины, они у меня все-таки необычные. Пообщаются со мной?». «Это люди такого полета, у них каждая секунда на год вперед расписана», — парировала она.

Дальше, как говорит Валерий Миронов, чтобы понять, какой смысл вкладывать в картины, архитектор пояснила, что эти предприниматели занимаются всем, что лежит в земле: нефтью, газом, золотом. В бизнесе у них равные доли. Но они два антагониста, две противоположности, а разойтись не могут, потому что связи и деньги общие. Один чистый белый воротничок и модник: если выходит новая модель машины, первая должна быть обязательно его, то же касается одежды от самых известных домов моды.

 

 

А второй ездит на «харлее», весь в цепях, татуировках, и сзади за ним следуют два «гелендвагена» с охраной. «На одном двухметровом полотне я написал двух всадников: один — в восточном стиле с луком и в чалме, второй — европеоидный с короной и в латах. И текст такой: «Коль есть ты воин славный и достойный и тропа твоя, но знай, что узришь вскоре достойнее и славнее тебя». А на втором, тоже двухметровом, написал в стиле Брегеля золотоискателей, сделал такой фактурный фон, в трещинах, как фреска получилось. И композицию разбросал: один золотоискатель раскинул руки перед небом с двумя самородками золота и благодарит за них, второй медитирует над тазиком, третий обнимает тележку, а у четвертого только один маленький камушек в руке, и он злобно сжимает его. И текст такой: «Убойся злата обретенья, коль неведомы помыслы собрата твоего». Но поскольку некоторые фразы вписаны не четким

шрифтом в полотно, а слова разбросаны, как ребус, нет знаков препинания, то нужно еще буквы на холсте сочетать. Поэтому можно было эту фразу прочесть иначе: «Убойся зла, ТО обретенья, коль неведомы помыслы собрата твоего», — говорит Валерий Миронов.

Дальше пришла архитектор, сказала, что классные картины, попросила написать название каждой на отдельном листе и отвезла в офис. Владельцы компании в этот момент были в разных концах света: один —в Сингапуре, другой — в Нью-Йорке. Первым приехал тот, что предпочитает перемещаться на байке. Он сказал: «Да, очень оригинально, пусть будет». А второго архитектор лично не застала, он приехал вечером, заходит в офис и видит два полотна. И тут он решил, что это его компаньон нарочно заказал такие картины с явным намеком на него. Случился скандал, каждому компаньону даже пришлось вызывать свою охрану. Архитектор в панике позвонила и попросила срочно забрать картины.

 

Крыса доктора Назарова

Некоторые картины приобретаются уже из числа готовых работ, написанных, как говорит художник, интуитивно. Так, одна нефтяная компания купила картину, на которой изображен лев, словно состоящий из мозаики. Покупатель повесил его над своим креслом в комнате переговоров и говорит, что от картины идет особая энергетика. Но ему показалось, что в комнате не хватает еще одной картины. И Валерий Миронов написал для него вторую работу: большую морду крокодила, возле которого сидит птичка тари и чистит пасть своим клювом. На этот раз картину художник подписал на латыни, что в переводе означает «Взаимовыгодное сотрудничество».

 

 

Или вот еще был случай: Валерий Миронов планировал отправиться на выставку в Ригу и за три месяца до нее стал писать большую крысу в полтора метра высотой. Снова на уровне интуиции. «Ко мне коллега заходит: «Миронов, ты маньяк, сидишь третий месяц крысу пишешь. Я уже сколько пейзажей написал, а ты все с ней возишься. Ты подумай, кто захочет приобретать крысу, оплачивая твой кропотливый труд по 12 часов в сутки?» — вспоминает художник. В итоге картина получилась такая геральдическая, в узорах, четко видны пятки, хвост, крысиная морда, драгоценные камни, на голове корона. И текст художник написал, что она вездесущая, неистребимая и плодовитая.

 

 

Коллеги были уверены, что Валерий Миронов вернется с полотном домой. Но в первый же день выставки первой покупкой стала именно эта картина. Более того, покупатель захотел лично познакомиться с автором, чтобы выразить свое восхищение. «Обладатель крысы просто прыгал от восторга, потирал руки, отходил от картины, подходил к ней: «Валерий, вы талант. Я прямо завтра у себя ее над рабочим cтолом повешу. Шикарный итальянский багет сделаю, такой барочный, с лепниной. Эта крыса то, о чем я даже мечтать и не смел. И дает мне визитку — доктор Назаров. Я сразу представляю белый кафель, шкаф со шприцами, доктор сидит в белом халате с фонендоскопом и огромная крыса в золотой лепнине над ним. Что же он такое лечит?

«А можно поинтересоваться, — спрашиваю, — вы в какой отрасли медицины доктор? А он, не отводя взгляда от моей, точнее, уже своей крысы: «А? Что? Санэпидемстанция…».

 

Картина  — лучший подарок

Как-то к художнику обратился заказчик с просьбой написать семейный портрет будущего компаньона из сопредельной страны. Подарок собирались преподнести на юбилей его жене. Времени было всего три недели, но при этом оказалось, что ни фотографий, ни видео, никакой информации о том, кому они собираются дарить картину, практически нет.

«Я, наверное, единственный художник, который писал портрет со слов. Они говорят: ей 50 лет, плотная, но не толстая. Цвет волос? Два раза видели: один раз была шатенкой, в другой — брюнеткой. Цвет глаз? Неизвестен. Нос? Прямой. Губы? Обыкновенные. Скулы какие, широкие? Обыкновенные. Ладно, чем раньше занималась? Архитектор. Ага, уже хорошо. Можно перед ней нарисовать свернутый лист и на нем чертеж замка. И уже на одну четвертую полотна будет красиво выписан этот чертеж, на нем старинные циркули, предметы. Хорошо.

Что известно про мужа? Генерал в отставке. Крепкий, плотный. Усы, борода есть? Один говорит — есть, другой — нет. Выяснили: у него щетина с проседью, как у Кикабидзе. Сын юрист, 30 лет. Дочь студентка, 20 лет, учится в МГИМО, красавица. Кошки, собаки, попугаи? Собака, кокер-спаниель, коричневый. Буду думать, хорошо. Говорю: если успею, подарите», —вспоминает Валерий Миронов.

 

 

В итоге картина получилась в венецианском стиле: на переднем плане стоит женщина в пышном итальянском платье, на голове накидка, чтобы не было видно цвета волос. Старинные украшения, бижутерия. В руках держит книгу, на переднем плане чертеж, стол, зеленое сукно. Рядом с ней супруг-генерал в латах, на голове корона с забралом, в одной руке — меч, в другой — кокер-спаниель. На столе маленький портретик, на котором некто в мантии держит весы. И сзади них за драпировкой полуобнаженный портрет девушки с длинными волосами. А дальше окно, горы, перспектива и из синего неба ветка с черешней, несколько красных ягод уже на зеленой скатерти. Рядом еще одна книга раскрытая и нож с костяной ручкой.

 

 

Хотя одна, едва ли не самая важная задача казалась невыполнимой и для художника. «Все есть. Нет только лиц. А как их напишешь? Потом думаю, а чего я парюсь. Костюмы почти венецианские получились. Я взял и всем маски нарисовал. Только кокер-спаниелю не стал. Покрыл лаком, патиной и получилось такое старинное полотно. Сделал еще винтажную раму, — рассказывает Валерий Миронов. — Заказчиков предупредил: «Будете дарить, скажете такую фразу: «Книга жизни открыта лишь наполовину, плоды с древа жизни уже лежат на столе, но лучшие ее страницы еще не разрезаны».

Упаковали картину, увезли, спустя время раздается звонок, слышу в трубке музыку, танцы, веселье: «Валера, ты не представляешь, у тебя маски похожие получились. Все себя узнали. А генерал подходит, в нож пальцем тычет и говорит, а откуда художник знает, что у меня такой нож охотничий есть?».

Мистика. Сложно сказать, как я все это увидел и даже нож».

 

 

 

 

Алексей Стефанов
Специально для CIGARTIME ©

 

С подробностями участи в «Exclusive Tonight: Cigar time @Luch» Вы можете ознакомиться на официальной странице мероприятия в FB, а также по телефону: +7 (495) 287-00-22, или написать по адресу: cigars-whisky@inbox.ru.