Спасение табачной Кубы
В 1979–1980 годах в табачной отрасли дружественной Кубы произошла одна из крупнейших сельскохозяйственных катастроф в истории острова, в результате которой было уничтожено порядка 90% урожая табака. Событие поставило под угрозу прославленную сигарную индустрию карибской страны.
Причиной стала сверхострая инфекция — «голубая плесень табака», способная распространяется ветром на огромные расстояния, выкашивая плантации всего за несколько дней. Заболевание выглядит как серовато-голубой пушистый налёт на нижней стороне поражённых листьев. Они быстро покрываются жёлтыми круглыми пятнами, сохнут и отмирают, скручиваясь краями вверх.
Возбудителем болезни является ложная мучнистая роса — оомицет Peronospora hyoscyami f. sp. Tabacina. Его основной и самый излюбленной жертвой является — табак. Однако в качестве вторичных объектов этот оомицет способен поражать и другие паслёновые культуры, включая перец, баклажаны и томаты.
Заражение работает и в обратную сторону. Если рядом с табачным полем выращиваются заражённые томаты или перец, то это может стать толчком для размножения патогена на табачных полях. Попадая с томатов на восприимчивые листья табака в условиях высокой влажности, агрессивные споры прорастают, запуская эпидемию.
Впервые на листьях дикорастущего табака вида Nicotiana bigelovii её следы заметил американский учёный Вульф в штате Техас (США). В 1921 году заболевание зафиксировали на культурных плантациях обычного табака во Флориде и Джорджии (США), а также в Австралии.
На Кубе голубая плесень впервые локально появилась в 1957 году, но настоящая катастрофа разразилась в конце 1979-го, когда болезнь поразила до половины плантаций, а к 1980 году уничтожила около 90–95% посевов. Удар пришёлся по главному табаководческому региону страны — Вуэльта Абахо (Vuelta Abajo).
Лишившись основного источника валютной выручки, Куба была вынуждена временно прекратить экспорт сигар и остановить работу культовых фабрик, перейдя на импорт сигарет для внутреннего потребления.
Событие породило громкие обвинения кубинской стороны в адрес США о ведении биологической войны. Правительство Фиделя Кастро официально включило вспышку голубой плесени в так называемый «пакет обвинений» против США в ведении биологической войны. Помимо плесени, на Кубе за короткий период конца 1970-х — начала 1980-х годов произошли вспышки ржавчины сахарного тростника, африканской чумы свиней и лихорадки Денге-2.
Кубинская сторона утверждала, что споры патогена были преднамеренно распылены американскими спецслужбами для подрыва социалистической экономики. Однако международное научное сообщество опровергло версию искусственного заражения по ряду причин.
Во-первых, споры Peronospora легко переносятся ветром на огромные расстояния, а в тот период в Карибском бассейне преобладали циклонические воздушные массы. Во-вторых, в 1979 году эпидемия той же голубой плесени перекинулась с Кубы на табачные плантации США и Канады, нанеся североамериканским фермерам колоссальный ущерб в четверть миллиарда долларов. Версия о применении биологического оружия против самих себя оказалась логически несостоятельной.
Для спасения табачной отрасли Куба обратилась за помощью к СССР, уже обладавшему к тому моменту мощной школой фитопатологии и селекции. На Кубу была направлена группа советских генетиков и агрономов для работы на базе создаваемых научно-исследовательских станций, таких как Национальный центр здоровья животного и растительного мира (CENSA).
Советские специалисты помогли кубинцам внедрить передовые методы химической защиты. Куба стала одной из первых стран региона, массово применивших системный препарат, известный как Ридомил, что позволило локализовать плесень на уцелевших участках. Поскольку грибок быстро вырабатывал устойчивость к химии, советские учёные совместно с кубинскими селекционерами начали масштабную программу скрещивания.
Перерождение кубинской легенды
Кубинским селекционерам срочно потребовались дикие виды табака, обладающие природным иммунитетом к грибку. Одним из источников таких семян стала коллекция Всесоюзного института растениеводства им. Н. И. Вавилова. Советский Союз передал Кубе образцы дикорастущих видов — в первую очередь табака Nicotiana debneyi, гены которого ранее использовались в СССР для создания знаменитых сортов серии «Иммунный».
Советский Союз не просто делился семенами, но и обучал кубинских специалистов сложным технологиям, разработанным советскими учёными и селекционерами. В итоге, сохранение элитных органолептических качеств — вкуса, аромата, эластичности и горючести — при скрещивании с дикими видами стало главным научно-технологическим достижением кубинской школы.
Дикий австралийский предок Nicotiana debneyi, обеспечивающий иммунитет к голубой плесени, в чистом виде обладает жёсткими, мелкими листьями с отталкивающим запахом и избытком горьких алкалоидов. Чтобы устранить этот «дикий балласт» и вернуть табаку легендарные свойства региона Вуэльта-Абахо, селекционеры применили жёсткий многоуровневый алгоритм генетической очистки. Полученный межвидовой амфидиплоид не отправляли сразу на поля, а использовали в качестве базы для долгой селекции.
Гибрид первого поколения неоднократно, до 6–8 поколений, скрещивали с оригинальным эталоном кубинского чёрного табака Tabaco Negro Cubano, например, с историческими сортами Criollo или Corojo. С каждым циклом доля генома дикого предка уменьшалась вдвое. В результате в ДНК нового гибрида оставалось более 99% генетического материала элитного кубинского табака, а от дикого вида сохранялся лишь микроскопический, ювелирно встроенный фрагмент хромосомы с геном устойчивости.
Результатом этой многолетней работы, заложенной на рубеже 1980-х, стало появление устойчивых коммерческих сортов, таких как Habana 2000 и Criollo 98, которые и сегодня составляют основу сигарной промышленности Кубы.
На каждом этапе возвратного скрещивания учёные проводили строжайшую отбраковку. Из тысяч полученных сеянцев отбирали буквально единицы по строгим химическим и физическим параметрам.
Уникальность кубинского подхода заключалась в том, что судьбу нового сорта решали не только генетики в лабораториях, но и профессиональные дегустаторы – Catadores. Листья перспективных гибридов высушивали по классической технологии в традиционных ферментационных домах casas de tabaco, скручивали из них тестовые сигары без опознавательных знаков и отправляли экспертным комиссиям. Сорт получал путёвку в жизнь только тогда, когда дегустаторы подтверждали: дым сохранил фирменную кубинскую «землистость», пряные и сладковатые ноты, а крепость полностью соответствует традициям.
В последующие годы молодые кубинские агрономы и генетики массово проходили обучение и стажировки в советских научных центрах — в частности, в ВИТИМе и Тимирязевской академии. В свою очередь, советские специалисты регулярно выезжали на Кубу, помогая местному Институту исследования табака Instituto de Investigaciones del Tabaco настраивать селекционные программы и внедрять современные методы контроля.
Благодаря такому синтезу передовых советских генетических подходов и уникальной кубинской экспертизы, Остров Свободы сохранил статус производителя лучших сигар в мире, превратив биотехнологии в надёжный щит для защиты своего национального достояния.
Примечательно, что восстановление кубинской табачной отрасли заняло около 10–15 лет, а полное возвращение к докризисным объёмам экспорта и кардинальная структурная перестройка завершились лишь к середине 1990-х годов, когда в постсоветской России промышленного выращивания сигарного табака уже не существовало.
Читайте начало в материале СССР И КУБА ПРОТИВ КИЛЛЕРОВ ТАБАКА. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Грибов Дмитрий
Специально для CIGARTIME©
БУДЬТЕ ПЕРВЫМИ! ВСЕ АНОНСЫ ПУБЛИКАЦИЙ — НА НАШЕМ TELEGRAM КАНАЛЕ
