Какая связь между известным кубинским сигарным брендом, персонажами сказки братьев Гримм и крупнейшими сигарными фабриками Германии и России? Всё это объединяет немецкий город Бремен.
В XIX веке вольный ганзейский город был крупнейшим центром импорта сырого табака в Северной Европе и фактически сигарной столицей Германии. К 1850 году практически каждый шестой житель Бремена из примерно 10 тысяч человек был занят в табачном производстве. Бременские торговцы табаком оставили заметный след в мировой истории и международной торговле, превратив город в один из ключевых центров европейской сигарной индустрии.
С Бременом связаны имена известных предпринимателей, основавших впоследствии культовые мировые бренды и крупнейшие табачные мануфактуры XVIII–XIX веков. Один из самых известных кубинских сигарных брендов также был создан уроженцами этого города.
В Гавану из Бремена прибыл Герман Дитрих Упманн, чтобы по поручению немецкой фирмы Gravenhorst & Co. вести её коммерческие дела на острове. Увлёкшись местным табаком, Герман, а затем и его брат Август сначала начали закупать высококачественные кубинские сигары и отправлять их в Европу в качестве подарков ключевым клиентам и партнёрам. Однако спрос на эти подарки оказался настолько велик, что братья решили основать собственное дело.
В 1844 году они создали легендарную марку H. Upmann, став одними из пионеров сигарной логистики и маркетинга. Братья одними из первых начали упаковывать сигары в брендированные коробки с эмблемами и подписями, заложив основы современной культуры сигарной упаковки. Для полного контроля над цепочкой поставок и независимости от посредников в 1871 году Упманны основали в Бремене торговую фирму Herm. Upmann & Co., а также собственную судоходную компанию. Бременский филиал координировал весь процесс — от фрахтования судов до разгрузки табачного сырья и готовых сигар в немецких портах и их дальнейшей отправки на европейские рынки.
Другой известный табачный предприниматель также был уроженцем Бремена. Герард (Херальдо) Даннеманн родился здесь в 1851 году, а в возрасте 21 года эмигрировал в Бразилию.
В 1873 году он основал компанию Dannemann, а его фабрика в штате Баия стала выпускать первоклассные сигары ручной скрутки, благодаря которым бразильский табак получил известность в Европе. Марка Dannemann и сегодня остаётся заметным игроком европейского табачного рынка.
Центром бременской табачной торговли были Рыночная площадь (Marktplatz) и расположенная непосредственно на ней Бременская торговая биржа (Bremer Börse). Именно здесь на протяжении многих лет заключались сделки, определявшие движение табачного сырья по всей Европе.
Недалеко от Рыночной площади, в историческом квартале Шноор (Schnoorviertel), установлена небольшая статуя колоритного городского персонажа — Хайни (настоящее имя — Юрген Генрих Кеберле). В XIX веке он работал инспектором табака в бременском порту, но после несчастного случая повредил ногу и, по городской легенде, несколько повредился рассудком.
Каждый день Хайни стоял на Рыночной площади у входа в здание Торговой биржи. Поскольку внутри биржи курение было строго запрещено, купцы и табачные магнаты, направляясь туда, отдавали ему свои недокуренные сигары. Хайни собирал остатки табака, скручивал из них собственные сигары и тут же продавал их на площади. Так он превратился в своеобразный живой символ бременской табачной торговли.
От бременской лавки до табачной империи
История немецкой табачной компании Martin Brinkmann AG иллюстрирует путь от небольшой торговой лавки до одного из крупнейших табачных концернов Европы, пережившего две мировые войны, экономические кризисы и несколько этапов консолидации отрасли. На протяжении более двух столетий имя Brinkmann оставалось важной частью промышленной истории Бремена.
В 1813 году бременский купец Николаус Вилькенс открыл на улице Фауленштрассе небольшой магазин по продаже курительного, жевательного и нюхательного табака. Уже три года спустя он основал торговый дом N. Wilkens & Co. и запустил собственную мануфактуру в Бургдамме недалеко от Бремена.
В 1878 году в компанию пришёл молодой и амбициозный купец Мартин Бринкман. Он выкупил предприятие, расширил производство и переименовал его в свою честь — так появился бренд Martin Brinkmann. После смерти Бринкмана руководство перешло к 21-летнему Германну Риттеру, которому удалось превратить локальную фабрику в крупное промышленное предприятие.
В 1910–1924 годах производство переехало в район Вольтмерсхаузен, на улицу Дётлингер, ближе к местной рыночной площади (Pusdorfer Marktplatz). Тогда же началось строительство монументального фабричного комплекса.
Сигары и сигариллы Martin Brinkmann AG производились преимущественно из импортного сырья — индонезийского табака с Суматры, а также знаменитых сортов Вирджиния и Пуэрто-Рико.
Однако Бремен исторически являлся главным портом Германии по импорту кубинского табака. Торговые суда доставляли сырьё из Гаваны непосредственно на бременские склады, поэтому кубинский табак активно использовался местными производителями. Более того, в XIX и первой половине XX века кубинский лист считался своеобразным золотым стандартом качества в немецкой табачной промышленности.
Вплоть до середины XX века Brinkmann выпускала сигары, на коробках которых красовались надписи «Havanna» или «mit echtem Havanna-Tabak» — «с настоящим кубинским табаком».
Из-за высокой стоимости кубинского сырья немецкие производители чаще всего использовали комбинированные смеси. Кубинский лист добавляли в начинку: именно он отвечал за глубокий аромат, характерную крепость и плотный дым. Для покровного листа на Brinkmann предпочитали более тонкий и эластичный индонезийский табак с Суматры.
С историей Brinkmann связана и марка Gustavo Bock, известная также как Bock y Ca. Её основатель, немецкий предприниматель Густав Бок (Gustav Bock Müller), эмигрировал на Кубу, где основал знаменитую фабрику El Águila de Oro и вошёл в историю как один из пионеров использования сигарного банта в 1850-х годах.
Brinkmann, являясь одним из флагманов бременской табачной индустрии, закупала кубинское сырьё у тех же торговых домов и через те же каналы поставок, которыми пользовался Бок и связанные с ним предприятия. Когда оригинальные кубинские сигары стали слишком дорогими для массового европейского рынка, крупные табачные концерны начали передавать права на производство локальных версий известных марок. Так Martin Brinkmann AG получила лицензию на выпуск сигар и сигарилл под маркой Gustavo Bock для немецкого и европейского рынков.
Бремен и Рига
В 1951 году на исторической Рыночной площади (Marktplatz), у западной стены знаменитой Бременской ратуши, была установлена скульптура Герхарда Маркса, изображающая героев сказки братьев Гримм «Бременские музыканты». Осёл, собака, кот и петух образуют вертикальную пирамиду, ставшую одним из самых узнаваемых символов города.
Но у этой скульптуры есть своеобразный «двойник» в Риге.
Бремен и Рига — города-побратимы с глубокой, более чем 800-летней общей историей. Их связывают торговля, религия, архитектура и многовековое сотрудничество на Балтике.
В конце XII века бременский монах Мейнард прибыл к берегам Даугавы, чтобы крестить местные племена ливов. Официальный основатель Риги, епископ Альберт, в 1201 году был каноником Бременского собора. Именно из Бременского архиепископства он привёл на земли современной Латвии первых рыцарей и немецких купцов, во многом опираясь на бременские традиции городского самоуправления.
В Средние века Бремен и Рига достигли расцвета благодаря торговле в составе Ганзейского союза. Бремен был одним из ключевых центров на западе, а Рига — важнейшим торговым форпостом на востоке Балтийского моря. Между двумя городами курсировали корабли: из Риги везли воск, меха, мёд и корабельный лес, а в обратном направлении — соль, ткани, вино и металлические изделия. Позднее к этому торговому потоку добавился и табак.
Именно тесные торговые связи между Балтикой и Западной Европой создали благоприятные условия для развития в Риге крупного табачного производства, которое впоследствии стало крупнейшим в Российской империи.
Рижская табачная фабрика и путь на восток
В 1839 году в Риге, входившей тогда в состав Лифляндской губернии, российский подданный, поляк Кушинский, совместно с компаньоном Кофским основал табачную фирму Koffsky & Kuchczynski.
Фабрика прославилась производством дорогих сигар высокого качества, для которых использовалось исключительно импортное сырьё — начинка, связующий и покровный лист. Табак доставлялся морским путём преимущественно с Кубы, из Доминиканской Республики, США и других стран.
Ферментированные листья закупались на европейских торговых площадках, в том числе на традиционной табачной ярмарке в немецком Бремене. Это позволяло рижским производителям создавать сигары, способные конкурировать с лучшими мировыми образцами.
Основу начинки, как правило, составлял кубинский табак; в качестве связующего использовали яванские сорта, а для покрова часто применяли суматранский лист. Иногда для придания сигарам особого аромата и характера в смесь добавляли тёмные, сладковатые и душистые листья из Бразилии.
До 1890 года предприятие специализировалось исключительно на производстве сигар. После присвоения фабрике имени нового владельца Рутенберга, она значительно расширила ассортимент: наряду с сигарами начала выпускать папиросы, элитный трубочный табак и сигареты. Это потребовало использования сырья самых разных сортов и происхождения.
К 1915 году Первая мировая война практически парализовала морские поставки сырья в Ригу. В условиях, когда импорт стал невозможен, было принято решение о переносе производства крупной Рижской табачной фабрики Рутенберга в Брянскую область.
Именно там, в глубине Российской империи, возникло предприятие, ставшее одним из наследников рижских табачных традиций, — Погарская сигаретно-сигарная фабрика.
После революции её специалисты сохранили и развивали часть производственных и технологических наработок, заложенных ещё на рижском предприятии. В последующие десятилетия фабрика стала важной частью советской табачной промышленности.
Brinkmann и эпоха нацистской Германии
История германского табачного гиганта Martin Brinkmann AG имеет и ещё одну, гораздо более мрачную страницу.
В период национал-социализма, с 1933 по 1945 год, компания не только сохранила свои позиции, но и стала одним из заметных бенефициаров экономической политики Третьего рейха. Руководство компании активно интегрировалось в нацистские структуры, использовало принудительный труд и участвовало в экономической экспансии на оккупированных территориях.
Герман Риттер стремился обеспечить компании политическое влияние и участвовал в экономическом планировании режима. Ещё до нападения Германии на Советский Союз он входил в круг промышленников и экономистов, связанных с подготовкой так называемого «Колониального меморандума» (Kolonialdenkschrift), посвящённого экономической эксплуатации будущих территориальных приобретений на Востоке.
В те годы семейной табачной компанией Martin Brinkmann AG уже фактически руководил старший сын Германа – Вольфганг Риттер. Вместе с братом Хельмутом он управлял бременским предприятием уже из Берлина, что было обусловлено централизацией экономики при нацистах.
В ходе оккупации концерн получил в распоряжение десятки тысяч гектаров земли для выращивания табака, в том числе сортов Вирджиния и Кентукки в южных областях России.
Для расширения доступа к табачным запасам на оккупированных территориях и получения больших прибылей с помощью эксплуатации подневольных работников были привлечены бригады сформированного в Бремене 303-го полицейского батальона (Polizei-Bataillon 303). Полицейский батальон обеспечивал не только контроль проведения работ по сбору урожая, но проводил карательные операций против партизан и расправы над представителями местного населения.
Погарская фабрика оказалась насильно вовлечена в немецкую военную экономику. В период оккупации, с 1941 по 1943 год, здесь производили сигары для немецких войск и оккупационной администрации. Перед отступлением фабрика была разрушена, однако после освобождения Погара её восстановили.
Выглядит символично, что по окончании войны мастера возрождённой фабрики вручную скрутили специальную партию погарских сигар для руководства страны. По преданию, Иосиф Сталин подарил эти сигары Уинстону Черчиллю во время Ялтинской конференции.
После Второй мировой войны судьбы предприятий Martin Brinkmann AG в Германии и на территориях, оказавшихся под контролем СССР, разошлись. В советской зоне предприятие было ликвидировано, тогда как в самой Германии компания прошла через реструктуризацию и постепенно восстановила свои высокие позиции.
В 1966–1972 годах Martin Brinkmann была полностью приобретена международным табачным холдингом Rothmans International, впоследствии вошедшим в состав British American Tobacco, а в 1984 году, благодаря государственным субсидиям и финансовым стимулам за перенос предприятий в Западный Берлин, руководство Brinkmann перевело туда часть производственных мощностей из Бремена.
Это привело к сокращению около тысячи рабочих мест в городе и стало одним из первых шагов к окончательному сворачиванию производства. В 2014 году бременская фабрика прекратила работу.
Рига, Бременские музыканты и Погар
С распадом Советского Союза и открытием границ перед Погарской фабрикой возникли новые вызовы. Предприятию, пережившему непростой период 1990-х годов, пришлось одновременно сохранять экономическую независимость, историческое наследие и адаптироваться к новым экономическим условиям.
С приходом в сентябре 1998 года новой команды фабрика начала новый этап развития, и уже через год сигарное производство было перезапущено.
Возвращаясь к Риге, нельзя не отметить ещё одно знаковое событие.
В 1990 году в Старом городе, на улице Скарню (Skārņu iela), рядом с алтарной частью церкви Святого Петра, был установлен памятник героям сказки «Бременские музыканты». Его создала бременский скульптор Криста Баумгертель.
Скульптура находится неподалёку от Мельничной улицы (Dzirnavu iela), где в доме №33 когда-то располагалась крупнейшая в дореволюционной России Табачная фабрика А. Г. Рутенберга.
Рижская композиция представляет собой своеобразную цитату знаменитой скульптуры Герхарда Маркса, установленной в Бремене в 1951 году. Осёл, собака, кот и петух здесь также стоят друг на друге, образуя живую пирамиду. Однако есть одно существенное отличие – рижские герои заглядывают в «окошко».
В туристических справочниках этот элемент часто трактуется как символ падения «железного занавеса». Но если обратиться непосредственно к сказке братьев Гримм, возникает и другая интерпретация.
В оригинальной истории Бременские музыканты, заглянув в окно лесного дома, увидели накрытый стол и решили напугать разбойников, чтобы воспользоваться плодами и самим занять их место за столом.
Возможно, именно поэтому рижская скульптура оставляет зрителю возможность для собственной трактовки.
А если посмотреть на всю историю целиком, возникает удивительная цепочка: Бремен — Гавана — Рига — Брянская область. Торговые пути, табак, сигары, предприниматели, войны, политические перемены и, наконец, четыре сказочных персонажа, которые связывают историю двух городов уже не торговлей, а культурной памятью.
Пожалуй, именно в этом и заключается главный парадокс истории: порой самые неожиданные связи обнаруживаются там, где на первый взгляд их быть не должно.
Дмитрий Грибов
Специально для CIGARTIME ©
БУДЬТЕ ПЕРВЫМИ! ВСЕ АНОНСЫ ПУБЛИКАЦИЙ — НА НАШЕМ TELEGRAM КАНАЛЕ
