В условиях быстро меняющегося мира постоянно возникают новые смыслы и интерпретации, что, безусловно, касается и сигарной индустрии. Особенно заметно, что на волне патриотического подъёма в нашей стране в последнее время активно используется термин «русская сигара». Однако за этим понятием зачастую кроются совершенно разные значения.
На встрече с Сергеем Нейманом — известным сигарным предпринимателем, авторитетным афисионадо и владельцем столичного сигарного клуба Portovino Cigar Lounge (Москва, Нижняя Красносельская улица 35, стр. 49), попытались разобраться, что же на самом деле даёт сигаре право именоваться «русской».
— Сергей, приветствую! Что именно, на твой взгляд, даёт сигаре право официально именоваться «Русской»?
— Приветствую, Дмитрий! Давай порассуждаем. Сначала предлагаю определиться с понятием «русский» и «российский». Для меня это разное. Понятие «российский» определяется государственностью, включает географическое происхождение — территория России, российский капитал и предполагает максимальную локализацию. Но может иметь иностранное название.
И будучи российским, продукт с иностранным наименованием не будет восприниматься «русским», даже если это имя запатентовано в России.
Сможем ли мы считать автомобиль BMW русским, если он будет собран в России? Ответ очевиден – нет. Ведь Bayerische Motoren Werke AG – это германская марка, с немецким названием, вне зависимости от страны сборки. А можем ли мы считать русскими автомобили «Москвич», «Волга» несмотря на то, что собраны они из импортных компонентов? Мой ответ – можем. Их производят в России и у них русские имена.
Вернёмся к сигарам. Право сигары официально именоваться «русской», на мой взгляд, базируется на сочетании нескольких факторов – география производства, происхождение капитала, принадлежность к российскому юридическому, или физическому лицу. И, что особенно важно, при чёткой направленности на русский культурный код и на традиционные вкусы потребителя, у «русской сигары» обязательно должно быть русское название.
Примеры красивых названий сигар, отсылающих к русской истории, литературе, культуре уже есть – это «Евгений Онегин» и «Достоевскiй».
— Бесспорно, что сигара — это иногда настоящее произведение искусства, плод творчества мастера. Мы знаем примеры Кандинского в живописи, Набокова в литературе, Рахманинова в музыке. Создавая шедевры за рубежом, они остались плотью от плоти русской культуры. Почему же нельзя называться «русской» сигару, созданную нашим соотечественником или при его участии вне границ России?
— Ответ заложен в вопросе. Создавая свои произведения за рубежом, они лично создавали шедевры, при этом оставались русскими художниками. Мы ведь не становимся иностранцами, выезжая за рубеж. Их творения персонифицированы, мы ведь говорим – произведение русского художника.
— Значит для «русской сигары» не важно, в какой стране мира скручена, главное, что создатель – наш соотечественник.
— Не верно. Если бы русский художник открыл во Франции фабрику по выпуску литографий своих работ, то фабрика выпускала бы французские литографии русского художника. Так же, как происходит зарубежное издание книг. Есть издания книг русских авторов за рубежом. И эти издания называют по месту печати. Право сигары официально именоваться «русской» базируется на географии производства – территория России, капитале российского происхождения, и, конечно, бренд должен принадлежать российскому юридическому, или физическому лицу.
Но повторю, что у русской сигары обязательно также должно быть и русское имя. Если русского мальчика назвать Жаном или Ришаром, люди будут думать, что у него французское происхождение.
—Тут уместно вспомнить одного из главных героев русского романа «Война и мир» Пьера Безухова… Очень даже русский характер.
— Я не про характер, а про имя. Иностранное имя даёт основание предполагать иностранное происхождение. Если спроецировать на сигары, то иностранные названия им присваивают намеренно, для построения маркетинговой стратегии на ассоциации с импортным продуктом. Но это убивает в них «национальность». В сухом остатке: считать «русским» продукт с иностранным названием, считаю попыткой усидеть на двух стульях. Российским – да, если он сделан в России, но с иностранным названием – нет.
— А если производство расположено внутри России, важно ли при этом, кто владелец предприятия?
— Владелец важен, если иностранное ЮЛ производит что-то в России, продукция такого предприятия будет иностранной продукцией, произведённой на территории России, как, к примеру, автомобили FORD, BMW и другие иностранные автомобили, ранее производившиеся на территории России.
— Сигару можно называть «русской», если в ней используется на 100% зарубежное сырьё?
— Качественнее сырьё для производства сигар — сигарный табак, чрезвычайно требователен к условиям выращивания, сушки и ферментации. Такие условия есть в нескольких странах, Россия в их число сегодня не входит. Поэтому табак для сигар, которые сделаны в нашей стране, импортируют из Никарагуа, Доминиканской Республики, Эквадора, Мексики, Индонезии. И этот факт не делает их менее «русскими», как если бы их делали из российского сырья, но точно делает их конкурентоспособными по качеству с лучшими сигарами мира.
— Где проходит грань между продуктом импортным национальным, но из импортных материалов?
— Эта грань находится в российском законодательстве. Мы имеем российскую продукцию из импортного сырья. Здесь нет поля для манёвров.
— В 1930-е годы Ленинградский государственный табачный трест СССР выпускал сигары с испанским именем Habana (из-за сорта табака в них). И это были «советские» сигары.
Возьмём самый яркий пример сегодняшнего дня. Погарская сигаретно-сигарная фабрика помимо «Достоевскiй», делает сигары Cherokee, XO, Torres, Vintage. Эти сигары изготовлены русскими крутильщицами на предприятии, которое имеет глубочайшую табачную историю в стране. И при этом вы отказываетесь их называть «русскими» из-за названий марок, набранных латиницей?
— Дмитрий, объективно, Habana – это «советская» (российская) сигара, но название у неё не русское. И я не готов считать русским то, что по задумке авторов претендует казаться иностранным, порой вводя потребителя в заблуждение.
Название, бренд – это фундамент, на котором строится имидж и маркетинг. Если автор идеи дал сигаре имя Habana, значит по его задумке, такая сигара должна ассоциироваться с Гаваной, Кубой и автор умышленно уходит от ассоциации его продукта с «русским». Если сигары назвали Cherokee (коренной народ северной Америки), значит, название должно вызывать ассоциацию с Америкой.
— Написание заимствованных слов на кириллице (напр. «Чероки» или «Гавана») позволят сигаре называться «русской»?
— Думаю, что да. Если название «Чероки» будет написано кириллицей, означает, что продукт сделан для всех, кто знает кириллицу и считывает русский культурный код. Напротив, написание русского имени или названия на иностранном языке без перевода, с сохранением изначального звучания, не сделают имя иностранным, позволяя прочитать его тем, кто не знаком с кириллицей.
— Как описать профиль типичной «русской сигары» несколькими словами?
—Не готов ответить односложно. Типичной русской сигары не существует. Они разные, очень разные. Выполнены в различной стилистике, у них разные вкусоароматические параметры, широкий ценовой диапазон.
— Какие ярчайшие примеры воплощения концепции «русской сигары» в современной России вы могли бы назвать? Кто из производителей ближе всего подошёл к идеалу?
—На сегодня мне известны две русских сигары – это «Евгений Онегин» и «Достоевскiй». У них русские имена, русское звучание.
— Переживает ли сигарная промышленность в России ренессанс или это – попытки восполнить утраченное?
— В начале 20-го века, перед Первой мировой войной в России производили приблизительно 160 – 180 млн. сигар в год. Сегодня счёт идёт на десятки тысяч. В то время табачная промышленность России насчитывала десятки крупных, сотни средних и мелких табачных фабрик и, почти на каждой делали сигары. В нынешних реалиях это труд нескольких энтузиастов и их единомышленников. Масштабы несопоставимы.
Для возрождения табачной индустрии, государству российскому придётся запретить Всемирной Органзации Здравоохранения (ВОЗ) лоббировать на территории России интересы иностранных государств, прежде всего недружественных, финансирующих эту организацию в целях влияния, в том числе негативного, направленного на разрушение экономики, социального уклада и культурного кода России.
— Задумывались ли вы о том, чтобы стать таким же энтузиастом, сделав свою «русскую сигару». Какой бы характер, вкус и историю вы в неё заложили?
— Я не только об этом задумывался, но и активно работаю в этом направлении. Можно ожидать премьеру. В остальном сохраним интригу.
— Есть ли у «русской сигары» экспортный потенциал? Можем ли мы удивить курильщиков в Европе или Азии?
— Считаю, что удивить мы можем и потенциал есть.
Фото: Serge Aramis
Вопросы задавал Дмитрий Грибов
Специально для CIGARTIME ©
БУДЬТЕ ПЕРВЫМИ! ВСЕ АНОНСЫ ПУБЛИКАЦИЙ — НА НАШЕМ TELEGRAM КАНАЛЕ
